Прощание со славянкой

Я гладила её по шершавой щеке и плакала… Прощай!

Прости меня, подлую, меркантильную, глупую! Я буду вспоминать тебя даже после расставания.

Я все помню! Как мы радовались тебе когда-то — юной, отзывчивой, старательной.  Как восхищались твоим трудолюбием. Как старались тебя не слишком загружать. И ты дышала глубоко,  довольно, уютно. И служила нам усердно, как могла — во все свои силы.

Проходили годы. Ты старела, но не сдавалась. Покрывалась морщинами и пятнами, тряслась и мочилась под себя от напряжения, перенесла две операции на сердце и одну — на сосудах, но работала честно, преданно, неизменно! До конца. До конца. Но молодому хозяину не нужна твоя старая  простодушная старательность! Ты старше него по годам. У тебя разодранная душа и покорёженное тело, но ты не сдаёшься, ты готова служить до последнего вздоха и всхлипа…Нет, ты — некрасива, несовременна! Ты — не топ-модель!Стыдно людям показать!  — решает молодой мужчина.

Хозяин вытаскивает тебя за шкирку, потрошит твоё бренное тело. И так страшно стоять рядом, заглядывать в открытое чрево, которое полно ещё сил и странных сопряжений, в котором спрятана такая удивительная преданность!

Я плачу, глядя, как тебя препарируют… Я почти слышу твой жалобный вздох…

Бедная моя «ВЯТКА», моя чудесная выносливая подруга- прачка, стиральная машина, пережившая перестройку, рождение моего сына, смерти старших хозяев…. Сколько ты видела! Скольким помогла! Как ты работала — почти как вечный двигатель. Правда, твой мотор пришлось пару раз заменить. Ставить новый, который надежно поддерживал тебя и нас в последние годы.  «И вместо сердца — пламенный мотор»… Но ведь сердце это не подвело!

«Чего это у вас такая старая машина?!»- спросил пришлый мужик, обещавший забрать нашу опытную Вятку. И не забрал. «Старая, а работает! Ржавая, а не сдаётся! Как наши русские старухи», — буркнула я. Но оценщик ушёл, не оценив.

Пришлось нам разбирать самим нашу прачку — уж больно тяжела она была. Невыносима. Вынести её цельной не было никакой возможности. И сын принялся потрошить белое тело: вынул из нутра два странных тяжеленных кирпича, пружины и шланги. Но мотор не сдавался, не снимался, закреплён был надежно.

Выносили милую с мотором. С сердцем выносили. Ох и тяжела же она была, страдалица! Как нести? За что держаться? Надо было дотащить эту бандуру до мусорки — метров 500… В лифте я погладила её по заклеенным  пластырем бокам:»Прощай, хорошая моя! Мы тебя любили! Ты очень нам помогла. Жаль, что так получилось….»  Наверное, так расстаются со старой преданной женой престарелые донжуаны, нашедшие себе молоденькую замену… «Мне очень жаль…ты была настоящая и работала честно, до конца… Я благодарна тебе и буду помнить»…

Сын сказал серьезно:»Она тебя не понимает!»

«Достаточно, что Я понимаю её!» — ответила сентиментальная моя душа.

И в то же мгновение из развороченного нутра моей боевой машины- подруги выпростался сам по себе большой и крепкий канат (связка проводов-жил):  держи, тебе это поможет тащить меня на свалку!

Я ошеломлённо смотрела на неожиданную руку помощи, на сына. Я знала, знала: это она, благодарная наша работница, в последнем вздохе преданности протянула нам свою жилистую руку. Сын улыбнулся: «Ну, скажи ещё, что это она нам помогает! Что она поняла».   Да, да! Доброе слово и стиралке приятно. И какая отдача! Без камней за пазухой…

На улице мы положили Вятку на бок и покатили по ледяной долгой дороге (хорошо, что лёд у нас тут практически вечный, никто его не убирает всю зиму). Сын толкал белое тяжелое тело сзади, а я тянула машинку за ее жилистую крепкую руку, так внезапно и вовремя протянутую нам. И эта наша тройка в ночи напомнила мне одну известную картину, где женщина и дети волокут умершего в санях по зимней страшной дороге… Такая тоска при расставании была! Такая печаль! Как с человеком.

…Дома ждала новенькая прачка — молоденькая интеллектуалка, слишком задумчивая и хрупкая  на первый взгляд. Ну, пусть будет Вяткина дочка — подумала я . Мама — славянка, папа — иностранец. Душа Вяткина в ней должна остаться, должна! Не могу я предать старого друга, забыть вот так, легко…

А сын принёс фрукты в глубокой миске, похожей на стеклянную шляпу. Улыбнулся: «Вот — новая хрустальная  ваза. Узнаешь? Часть нашей Вятки — окошко из   её «иллюминатора».

И поставил  большую прозрачную  вазу на стол. Подарок от нашей девочки. На всю оставшуюся жизнь…

P.S.

Может, это мой папка шалит? Он любил такое и понимал. Разговаривал с березами, собаками и дедовыми вещами, которые чувствовал, как человека. День рождения у него сегодня. А Вятку когда ещё он купил! Лет двадцать пять назад. Чтоб помогала и поддерживала. После него.

Настроение

Бывает разное настроение. Сегодня — вот такое. Хорошо, что я могу его нарисовать. Оставить для себя.
Грусть? Брезгливость? Отчаяние? Может, это грипп. Может, на работе нагрузки запредельные и люди загадочные. Может, обстоятельства. Внешние и внутренние. Но могу молчать. И рисовать. Пусть будет кладовка моих настроений, эмоций, невыразимости и невыразительности моей выразимость.
Но будет еще, конечно, другое настроение. И другие рисунки. И, наверное, другие обстоятельства. Главное, правильно загадать желания! Если они найдутся там, в кладовке.

РЫЖАЯ

И мой щенок со мною ))

ГАВ

Я ЗДЕСЬ:
https://fotki.yandex.ru/users/arfagrafia2011/

Рассвет

У нас в Сибири рассветы и закаты — сумасшедшие. Как  на океане.  Даже зимой в декабре. Главное, пораньше встать — и заметить.

Многие не замечают. Особенно утром. Сначала в темноте и холоде зарождающегося утра снуют какие-то тени, хмурые и сутулые. Безнадежные, как в аду. Лед, тьма, страдание — в переулочках без света и тепла. Всхлипы и стоны. Зачем появляются эти существа, для каких телесных радостей в семь утра?  Чему же радуются? Радуются пиву и вонючим палочкам во рту. С утра уже тяжелый мат окружает эти странные тени. Откуда они? Почему не спят, не сидят в своих пещерах?

Но стоит выйти на проспект, на большую улицу города, где много огней, света и шума — тени исчезают. Есть перспектива и горизонт. И там, в темном небе на горизонте — если только поднять голову от ледяных жутких  колдобин тротуара — там можно увидеть первые всплески дня — розовые нежные всполохи, все больше и больше, все сильнее и ярче — свето-музыка, заливающая черное зимнее утреннее  небо. Сиреневые, фиолетовые, алые, пламенные и золотые всплески все шире, все головокружительнее и невероятнее. Все выше, интенсивнее  и быстрее, всеохватнее… Они скоро исчезнут, схлынут, как волна,  оттого еще прекраснее и горше… Они быстротечны, неповторимы, пронзительны, как все лучшие мгновения на земле…. Это — Любовь. Это сильнее любви. Это — прощение и утешение, и скорбь и радость. Это усмешка Бога, давшего своим детям игрушку. И ты уже не замечаешь ни теней, ни мата, ни тяжелого перегарного дыхания твоих товарищей по несчастью — пассажиров промозглого ободранного троллейбуса. Ты смотришь в окно — на небо, вечное и молчаливое, утешающее и пугающее своей красотой, мощью, невероятностью. Красотой? Для кого? Для нас, теней в темном колодце Вселенной? Для скользящих и падающих, исчезающих с каждой минутой, теряющих себя, но плодящихся в безумном желании оставить хоть что-нибудь после себя. Хоть что-нибудь — после себя…

И только небо дает силы зимой. А летом — вся земля, с травами и цветами, с теплым сосновым ароматом нагретой на солнце хвои, с нежностью дождя и моря… Но лета надо дождаться.

А пока навстречу мне идут те и эти: сморщенные шершавые тени, от которых несет невидимой помойкой,  или легкие надменные женщины в норковых шубах, пахнущие невиданной Францией. И в сущности — это все одно, все одно. И все мы — одни — человеки, слабые и хрупкие, быстрорастворимые под вечным грозным прекрасным небом… Как бы не оступиться! И увидеть еще один рассвет…

 

Рассвет

 

Настроение

Заглянула на свою страничку рифм (пароль утерян и я там больше не пишу). Одно стихотворение — под настроение:

Грустное
Лавины сходят, листья облетают,
Тайфун сметает люд и города,
И мысли от бессмысленности тают,
Не верховодит прошлая беда.
Согревшись в холод, по снегам не плачут.
Уткнувшись в стену,прижимают лоб…
И все, что было, — ничего не значит,
А все, что будет — не свихнуться чтоб.
Не вывернуться и не исхитриться.
Ясна и безупречна простота…
Щекочет руку грустная синица —
Ей не доступна больше высота..
2013
Отсюда: http://www.litsovet.ru/index.php/author.page?author_id=9209

Пепел

Зимой на кладбище хорошо. Пушистые заснеженные лапы сосен чуть колышутся, утешают. На рябиновых обильных гроздях — снежные домики — радуйся, улыбайся красоте, человече, пока жив! По пушистой шерстке свежего снежного покрова — чуднЫе следы невиданных зверей. Тихо. Надмирно. Все равно…

— Ты как бы хотела, мама: в крематории в огонь  или в землю? — спрашивает безмятежно сын.

— В крематории, сынок! — отвечаю. Решила твердо: только огонь, очищающий и честный,. Чистый. Равный для всех. Как простились недавно с одним незабываемым профессором: пепел над рекой. Над городом и миром… Летать пеплом, пылинкой… Сверху все кажется простым и милым, игрушечным: и кладбище, и дома, и люди, добрые или злые, маленькие и большие.

Впрочем, на кладбище хорошо и сухой осенью. И в августе хорошо. Пахнет хвоей, сосновой корой, увядающими срезанными цветами.

Мы идем долгой дорогой, размышляя каждый о своем. И обо всех нас. О суете людской. И о том, что перед лицом смерти никакой человечий мелкий грех не важен. Важно только, что — не дожил, не долюбил, не сохранил близость с родными, которым ты нужен особенно остро после своего исчезновения.

Говорить можно и с живыми и с ушедшими. Но лучше помолчать в такие холодные, окрашенные пламенем дни.

И снова падает на землю то ли снег, то ли белый пепел взорванных человечьих сердец. Ведь мир такой маленький. А пепел — такой легкий.

 

13 ноября. День смерти моей мамы. День пламени Парижа

Женская печать

— Вы ешьте черноплодку! Ягода полезная,  — говорила Ольга Ивановна, осматривая щедрый стол, где и рябиновое варенье, и сладкие огурцы, и перетертая с сахаром калина, и черноплодка  на веточках  — почти все, все было свое, сибирское, дачное.

Подруги однако ж тыкали вилками в жирную семгу с лучком, в редкую сырокопченую колбаску, осматривали подозрительно вялый сыр, поддевали ветчину и сало. Любили сытное, надежное.

— А что с той черноплодки? Давление понижает? — спросила сочная Татьяна.

— В ней масса пользы! Масса! — закричали все, продолжая жевать удачную до сердцебиения  ветчину.

— Ну, не скажите! Черноплодка — ягода тяжелая! — со значением улыбнулась Раиса и поправила паричок. — Вот у меня было: собрались с девками как-то после работы (а я работала тогда в Госстрахе). Решили отметить выполнение месячного плана. Картошечку быстро сварили с лучком, селедочки нарезали. Была у подруги бутыль спирта и эта — полезная черноплодка, но только в виде концентрированного сока. Решили спирт тем черноплодным соком разбавить, девушки все-таки — не все ж чистый спирт приучены употреблять. Ну, и отметили тем коктейлем план. Пили — легко вроде было, вкусно. А домой вернулась — как подкосило! Свалилась, где была — в ванной. И не помнила ни себя, ни времени! Вот что черноплодка проклятая сделала!

— Так то не черноплодка, поди? — робко сказала Верочка, посматривая на водку в непервой стопке подруги.

— Что я, себя не знаю?! Что я, спирта не пила? — укорила догадливая Раиса и продолжила. — Не то плохо, что упала и проспала всю ночь в ванной! А то плохо, что упала на горячие трубы с винтелем. И остался у меня на бедре отпечаток винтеля, большой красный! Женская печать. И долго я потом не могла с мужчинами встречаться после той черноплодки!

Подруги захохотали ласково, понимающе: врала Райка все про мужиков! Верная была она жена и хозяйственная, но любила припустить, прибавить остренького.

— Женская печаль, а не печать! Пропеллер на спине, можно сказать! — подытожила верная подруга, выпив третью рюмку — «за любовь!», как полагается. — И ходила я с тем винтелем-пропеллером долго-долго! И жег он нестерпимо. Летала, аки Карлсон.

Все стали вспоминать случаи из своей жизни: кто как падал и пал, и что за это было. Но поддевая очередной толстый кусок, дружно обсуждали его вред и пользу, скрытые достоинства или вред. Знания верные, проверенные, взятые из телевизора и от распространителей бадов. Одна жизнерадостно  рекламировала китайские иголки, другая опровергала их личным примером: рука не поднималась после тех иголок. Третья вспомнила, как на улице ее срочно обследовали какие-то люди с компьютером и потом месяц названивали с фразой: «Вы хотели стать молодой и красивой? Мы вернем Вам вашу молодость!» — «Верните мне деньги, злодеи!» — парировала восьмидесятилетняя Варвара, отдавшая 500 рублей за случайную  встречу с магами. Тема была интересная, больная: у всех что-то болело, все от чего-то лечились или планировали. У каждого была своя личная женская печаль.

Оказывалось, что все вокруг — вредное, как ни крути, ни поддевай. И полезной оставалась только водка, чистая и безгрешная, если не грешить. Завещанная к употреблению умершей 10 лет назад бабушкой, ради которой и собрались, дату ухода которой и отмечали — изобильно, многословно, ярко, с водочкой и домашней капусткой, с яркими воспоминаниями и песнями, как любила веселая прародительница…

На десерт подали фрукты. Пирожные и торты покойница не любила — больше ударяла по горячему и горячительному. Ели фрукты, вспоминали бабушкины самодельные пельмени — лучше их никто и не едал.

— Но сибирскую нашу ягоду бабушка тоже уважала! И рябиновку делала, и клюковку! — напомнила багровая уже, позабывшая себя, Раиса. .Женская ее печаль горела в усталых глазах, светила сквозь горькую рябиновую  улыбку.  — Ешь, внучка, ешь черноплодку! Польза в ней — неистощимая! Закусывай водовку черной ягодкой!

— Хочешь, чтоб и у меня пропеллер в жопе торчал?! — буркнула внучка. — Нет уж, летай сама!

— Не пропеллер, винтель! — поправили аккуратно подруги. — Винтель — он душу открывает! А пропеллер — отрывает!

И понеслось… Ну и оторвались же они!

А бабушка смотрела сверху, с облачка. И посмеивалась, наверное. А может, песню напевала любимую, ягодную: «В саду горит костер рябины красной, но никого не может он согреть!» И ее слушали там, наверху. И помнили здесь, внизу.

Много их уже собралось наверху —  своих, понимающих, любивших черноплодную рябину.

РЯБИНА

https://fotki.yandex.ru/users/arfagrafia2011/

Чилийский студент покоряет Сибирь

                     Только месяц учится в моей группе чилийский студент Мауро (так он разрешил себя называть). Интеллигентный, ироничный, очень живой парень из Сантьяго, приехавший к не менее симпатичной российской девушке. Познакомился с ней в интернете,она понравилась острым умом и словом, и он не глядя махнул за тридевять земель, не зная ни русского языка, ни России, ни Сибири. Снял квартиру, очаровал девушку,пришел к нам в вуз учить русский язык.Через месяц после знакомства я попросила Мауро написать о своих первых впечатлениях (он говорит по-английски). Чилийский самородок написал сочинение на двух страницах, перевел его с помощью программы-переводчика и прислал мне по почте. Письмо будет опубликовано в нашей вузовской газете по договоренности с автором. Но мне оно показалось таким хорошим, непосредственным, эмоциональным, что я размещаю его у себя на страничке, ничего не меняя и не исправляя. Наверное, Мауро напишет что-то еще. Он очень наблюдательный, веселый товарищ, прекрасно владеет словом, ценит юмор. Читайте. А если будут вопросы — напишите мне. Я передам)) :

«Билет на планету Россия»

    «После тридцати пяти часов путешествия, пересекая почти всю планету, в первые минуты, когда я вышел из аэропорта в Новосибирске, я был сильно удивлен тем, куда я попал. Усталость и недостаток сна после такой поездки стали для меня прекрасной «анестезией», чтобы понять, что происходит вокруг меня в перевернутой с ног на голову стране другого мира. Если подумать, что пару часов назад я говорил «До свидания» своей семье в аэропорту, и через спустя почти сутки я уже ехал в первом построенном в Сибири метро. Лица пассажиров вагона были настолько непривычны для меня, что такой экзотики хватило бы на всю жизнь. Интересно, что бы они подумали, если они узнали, откуда я родом. Так я думал в тот момент.
В то время как я шел возле статуи Ленина, уличные музыканты, только вооружившись гитарой и микрофоном, выступал с песней группы ДДТ. Я чувствовал, глубоко внутри меня, что это было идеальным «Добро пожаловать» в этой новой далекой земле. Пока я слушал песню, перед моими глазами пронеслись все мысли, которые я когда-либо слышал о России: времена царей, оборону Сталинграда, СССР во время холодной войны, Спутник, Лайку и космонавтов, легенду футбола Яшина и сотни изображений в моей голове из прочитанных мною книг Толстого. Это был действительно невероятный момент.
Я родом из длинного и широкого куска земли, где можно найти различные типы ландшафтов. Две высокие горы с севера на юг делят территорию, образуя долины в середине, которые являются наиболее благоприятными для сельского хозяйства и производства лучше вина в мире. На западе, вы найдете больше пляжей, чем можете посчитать. Чили — красивая страна с десятками островов, пустынями, вулканами, озерами, лесами и с Патагонской землей, где обитают пингвины. На севере развита добыча природных ископаемых, в центре страны- сельское хозяйство, на юге -добыча морепродуктов и ,конечно, туризм являются важной частью развития экономики страны, которая находится на краю Земли. Я думаю, что в Новосибирске люди испытывают подобные мне чувства: они находятся далеко от крупных городов России и других стран. На самом деле, это не такое плохое чувство … Оно отделяет нас от всего мира и в этом есть что-то уникальное.
Я думаю, что причина, по которой я приехал в эту дальнюю Землю не сильно отличается от причин, по которым люди путешествуют, по которым люди покоряют космос. Мои ощущения и чувства будто взяли из научно-фантастической книги и каждый день я испытываю всё новые ощущения.
У русских людей светлое сердце. Они образованны, толерантны, вежливы. Новосибирск по-своему уникален, поэтому он мне нравится. Обыкновенный город, в которые невозможно не влюбиться. Сегодня я не смог бы описать все свои впечатления: после Южной Америки и Европы Новосибирск для меня что-то абсолютно новое, где все полностью отличается от того, к чему я привык. Мои ощущения можно сравнить с тем, что бы я испытывал, находясь в диком лесу в отдаленном от дома месте. Если это будет Чили, то я уверен, что вы будете приняты самым гостеприимным образом и в этот момент вы станете для чилийцев ходящим чужеземцем и будете дышать на другой планете, на пути к новой жизни» (Фогель Руис Маурисио Хосе, чилиец из Сантьяго, октябрь 2015).

SONY DSC

Сибирский Амстердам

     Город наш очень странно строится: непродуманно, хаотично, пестро. Наделенные деньгами и напором дяденьки втыкают тут и там здания несуразной красоты. Часто это — точечная застройка, когда окна в окна становятся нормой и приходится жить за шторами. Иногда это — вдохновенный стеклянный флюс, выпученный в щели между унылыми желтыми зданиями 50-х годов… Чаще — панельные муравейники «вот такой вышины, вот такой ширины». Спешат избранные жуки обогатиться за счет бетона и кирпича, не размышляя о жизни, об отдыхе и здоровье муравьев…

Но бывают и удивительные, пропущенные кем-то исключения. Когда архитектура становится стильной, задумка веселого архитектора случайно воплощается в жизнь, таинственные указчики застроек дают добро и землю. Не у каждого Гауди есть свой спонсор, к сожалению! Но бывает, бывает…

На Левом берегу нашего разбросанного разнозубого города, в небольшом переулке вдруг вырос целый квартал пряничных голландских домиков. Сибирский Амстердам.

Как такое допустили и пропустили, наколдовали — сказка!

Но стоят домики, пестренькие, аккуратные, невысокие, с узкими окнами, с узнаваемыми чертами, милыми каждому путешественнику — любителю велосипедов.

Случайно вышла на эту улицу, скрытую для большинства, прогулялась, улыбнулась в европейские окна. Тихо, зелено, хорошо… другое измерение и мера, музыка линий другая. И становится так спокойно, уютно, как-будто вернулся в детство, где тебя всегда выручат, погладят, утешат и развеселят.

Что ж, будет и у нас своя Европа. Вон, Эйфелеву башню недавно построили аж в десять метров (три штуки, говорят, их  в городе). Огромные колеса обозрения понаставили (как в Лондоне!)) И голландские домики, маленькие и опрятные, выросли, как грибы — неожиданно и радостно…

Вот, собственно, и все, о чем я хотела сказать. И из всего моего больного, холодного, серого сентября — это моя самая большая радость и воспоминание.

Амстердам

 

 

https://fotki.yandex.ru/users/arfagrafia2011/?ncrnd=9296&&p=2

Собаки, которые нас выбирают

Вечер.Ложусь спать.Под подушкой — печенюшка. Это моя нянюшка Дашенька постаралась: заботливо подкладывает мне под подушку печенье. Каждый вечер. Уже много лет. Печенюшка под подушкой.
Правда, потом сама же, тяжело вздыхая и суетясь, ищет эту печенюшку по всей постели. Но ведь принесла, положила сладенькое на ночь! Дашка, Дашка! Самое заботливое и преданное существо на свете, любящее безусловной, верной, единственной любовью: за тепло, за запах, за ласку, за то, что ты просто есть, просто рядом…
Дашеньке 12 лет. Она не простая собака, а собака-летчица. Уж сколько раз летала в Москву! Чего только не испытала. В каких коробках и аэровокзалах ни побывала! Страстные перипетии кочевой собачьей жизни описаны мною много раз: то придирчивый вахтер-ветеринар в аэропорту Д.,то замотанная стюардесса и жуткое положение пассажиров «колени к груди» в сибирском зеленом перевозчике «Кузнечик», то беготня по этажам с тремя сумками ради заветной единственной подписи «Животное в салоне»…
Тяжело давались перелеты с животными тем «Кузнечиком». Отказалась в пользу «Аэрофлота». Небо и земля! Небо и земля! Может, аэропорт Шереметьево иной, может — отношение Аэрофлота иное. Но все, от и до, в путешествии с собачкой было идеальным в этом году. И добрые симпатичные ветеринары. И заботливые регистраторы рейса. И участливые стюарды. И (о, боже!) интеллигентные пассажиры! Небо сжалилось над нашими многократными приключениями с летающей собачкой, небо приняло нас легко, просто, участливо. Спасибо, Аэрофлот! И та девочка за стойкой № 36 в терминале Д Шереметьево. Ясноглазая, улыбчивая, неравнодушная. И ведь не ради денег, ради дела старалась, подсказывала, искала место у прохода в забитом самолете.
А то, что билеты дорогие и за перелет собачки надо доплачивать 2500 — такие мелочи, по сравнению с легкостью бытия!
Прилетевшая мученица уже через час забыла о реве моторов и тряске и дрыхла без задних ног весь день… А вечером я обнаружила очередную печенюшку под подушкой. Полеты — полетами, а обед — по расписанию.
И смотрю я на свою старенькую, преданную, безответную и безобидную нянюшку (12 лет — для тойки возраст). И глажу ее нежно,виновато: ну почему собаки не живут так же долго, как люди? И почему иные умные собаки лучше людей? А иные глупые люди хуже злых собак? Ведь ум и доброта — они рядом, они — под подушкой.

 

ДАША

 

https://fotki.yandex.ru/users/arfagrafia2011

Затмение неполной красоты


Яндекс.Метрика


Вчера, 20 марта 2015 года было Затмение. Неполное, невыразительное, но замеченное многими. Я возвращалась с работы. Облака покрывали пасмурное небо, а люди стояли, задрав головы, подняв хмурые напряженные лица. Среди серого и блеклого небесного месива сияло нЕчто ослепительное и неземное. Просто сияние, размытая светящаяся лава. Затмение! Стало тревожно и холодно, как будто попала на тот свет. И свет был ТОТ!

Вспомнила, как с сыном наблюдала полное затмение в 2008 году. Как весь Новосибирск вылился на набережную, на улицы. Как застонала, завыла многотысячная толпа, увидев черный круг на солнце, тьма накрыла город, ледяной ветер коснулся наших душ и тел. И было понятно всем, как малы мы и ранимы,как легко способны исчезнуть по воле Космоса, которому нет дела до человека и его суеты.
..Уже в троллейбусе увидела за облаками, за грязным стеклом круг солнца, надкушенный справа.Фотографировала его сквозь муть окна и движение, сквозь облака. Круг-полумесяц кувыркался в клубах туч, вызывая восхищение и зыбкую дрожь, нервное напряжение и восторг, головокружение, желание смотреть неотрывно и желание спрятаться.
Когда я вышла из затменного троллейбуса, все уже кончилось: облака и люди слегка сияли, пенились, спешили дальше по своим делам. Солнце было просто солнцем, может, чуть ярче и веселее, разнузданней. Темнота сменилась светом, а жизнь стала снова обычной, суетливой, далекой от Космоса и философских откровений.
Какая-то тетушка передо мной уронила яйцо из пакета и взвыла: «Черт, яйца подорожали! И прыгают».
Желток растекался по снегу, как солнце по серому небу. И птицы кричали от счастья, потому что весна пришла. А затмение — ушло.

Затмение

Вчера